Pərvanə İbrahimova BDU-nun mətbuat katibi vəzifəsindən getdi

Bakı Dövlət Universitetinin Mətbuat-informasiya şöbəsinin müdiri Pərvanə İbrahimova vəzifəsindən ayrılıb.

Minval.info xəbər verir ki, o, bu barədə “Facebook” səhifəsində bildirib.

O yazıb: “Taleyim Bakı Dövlət Universiteti ilə bağlananda 17 yaşım var idi.

26 ildir ki, tələbə adını qazanıb Bakıya gəldiyim gündən hər səhər bu əzəmətli Universitetin darvazalarından keçmək şərəfini yaşamışam. 1994-1998-ci illərdə Beynəlxalq hüquq və beynəlxalq münasibətlər (ixtisas beynəlxalq jurnalistika) fakültəsində bakalavr, 1998-2000-ci illərdə magistratura pilləsi üzrə təhsil almışam. 2000-ci ildə Mətbuat-informasiya şöbəsinə mütəxəssis vəzifəsinə qəbul edilmişəm. Bu doğma Universitetdə doktorantura pilləsini bitirmiş, siyasi elmlər üzrə fəlsəfə doktoru, dosent olmuş, pedaqoji fəaliyyətə cəlb edilmişəm. Bir 10 il (2000-2010) də Mətbuat-informasiya şöbəsində mütəxəssis, bir 10 il isə (2010-2020) şöbənin müdiri işləmişəm. Hər ikimiz 20 illiyimizdə fəaliyyətimizə son veririk. O, yeni adla, mən də pedaqoji fəaliyyətlə yola davam deyirik!

20 illik Mətbuat-informasiya şöbəsi, təbii ki, mənə çox şey qazandırdı. BDU kimi möhtəşəm bir Universitetin gözəl professor-müəllim heyətini, tələbələrini, şöbəmin su kimi saf kollektivini, dəyərli media rəhbərlərini, əziz jurnalist həmkarlarımı! Bu illər ərzində vəzifənin verdiyi şərəfdən daha çox onun məsuliyyətini dərk etdim. Məni tanıyanlar, fəaliyyətimizlə yaxından-uzaqdan tanış olanlar bilirlər ki, bu şöbə üçün iş saatının bitməsi yox, işin bitməsi önəmli oldu! Bir gün olsun belə işdən yayınmadım, verilən tapşırıqlara vicdan və şərəflə yanaşdım, hətta 20 ilin məzuniyyətlər dönəmində də işlərin çoxluğu səbəbindən əsasən iş başında oldum.

Amma nə baş verdi? Baş verən o oldu ki, 20 ilin tamamında gedəsi oldum! Ötən bu illər ərzində Universitetin əsas saytı daxil olmaqla, fakültə, struktur və şöbələrin saytına nəzarət, bəzən gündəlik tədbirlərdə iştirak, xəbərlərin hazırlanması, yayımı və arxivləşdirilməsi, sosial media üzərindən PR işi, sorğulara cavab və Universitetin yubileyləri ilə bağlı olan 13 kitabın hazırlanması işində bəzən gecəyarıyadək iştirak və.s və.i!

Boşuna getmədi. Dəfələrlə Universitet rəhbərliyi tərəfindən qiymətləndirildim, əziz jurnalist həmkarlarımdan daim dəstək gördüm, müxtəlif kütləvi informasiya vasitələrinin, jurnalist təşkilatlarının, “Azərbaycan Universitetləri” facebook səhifəsinin keçirdiyi sorğularda bir neçə dəfə qalib oldum! “İlin ən fəal mətbuat katibi”, “İlin ən fəal şöbə müdiri” adına layiq görüldüm. Təhsil Nazairliyi, Mətbuat Şurası, Bakı Dövlət Universitetinin Diplom və Fəxri Fərmanları ilə təltif edildim, 100 illik yubileyimiz münasibətilə yubiley medalına layiq görüldüm.

Ən böyük mükafatım cənab Prezidentimiz İlham Əliyevin sərəncamı ilə Azərbaycan Respublikasında kütləvi informasiya vasitələrinin inkişafındakı xidmətlərimə görə layiq görüldüyüm “Tərəqqi” medalım oldu.

Bəli, 20 ili az müddət deyil. 20 il eyni işdə işləyib bezməmək, yaxud hər gün daha həvəs və sevgi ilə işləmək asan iş deyil! Bu illər ərzində təbii ki, yaşananlar, yaşadıqlarım, acıli-şirinli, kövrək, qürur dolu xatirələrimi zaman-zaman qələmə alacam.

Qazandığım uğurlara görə borclu olduğum insanlar çoxdur və onlara bir ömür minnətdarlıq borcum var!

Xüsusi minnətdarlığım isə hörmətli jurnalist həmkarlarımadı! Əziz qələm dostlarım bu illər ərzində daim yanımızda oldular, hər zaman informasiya dəstəyi verdilər. Birmənalı olaraq, şöbəmizin və mənim uğurlarımın açarı oldular!

Mən də onların yanında olmağa çalışdım. Buna nə dərəcədə nail oldum, bilmirəm. Hər birinizə təşəkkür edirəm, əziz jurnalist dostlar! Dəyərlisiniz!

Dəyərli olan həm də şöbəmizin kollektividi. Hər biri istənilən boşluğu dolduracaq qədər bacarıqlı və səriştəlidi! Fatimə, Nərminə, Məryəm, Xəyalə, Elnarə, Elnur və Lətif müəllim sizlərlə işləmək xoş idi…”.

Qeyd edək ki, P.İbrahimova BDU ilə mətbuat arasında əlaqələrin qurulmasına mühüm rol oynayırdı.

Ölkə

Nəşr edilib: 2020/02/12 15:11

Baxış:142


XƏBƏR LENTİ

2020/02/23 13:51

2020/02/22 20:12

2020/02/22 19:37

2020/02/12 15:11

2020/02/21 20:33

2020/02/21 18:04

2020/02/21 17:56

2020/02/21 17:36

2020/02/21 17:23

2020/02/21 16:51

2020/02/21 16:42

2020/02/21 16:40

2020/02/21 14:51

2020/02/21 14:49

2020/02/21 14:46

2020/02/21 14:41

2020/02/21 14:39

2020/02/21 12:33

2020/02/21 12:22

2020/02/21 11:57

2020/02/21 11:48

2020/02/21 9:49

2020/02/20 17:22

2020/02/20 17:17

2020/02/20 17:13

2020/02/20 17:02

2020/02/20 16:53

2020/02/20 16:40

2020/02/20 16:37

2020/02/20 15:24

2020/02/20 15:22

2020/02/20 14:52

2020/02/20 14:50

2020/02/20 14:36

2020/02/20 14:33

2020/02/20 13:30

2020/02/20 13:18

2020/02/20 13:07

2020/02/20 12:37

2020/02/20 12:25

2020/02/20 12:00

2020/02/20 11:31

2020/02/20 11:24

2020/02/20 11:20

2020/02/20 11:15

2020/02/20 11:14

2020/02/20 0:07

2020/02/19 18:17

2020/02/19 17:57

2020/02/19 17:50

Идлиб: как Путин угодил в сирийский капкан

Ситуация в Сирии — в состоянии «обратного отсчета». Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что «операция в Идлибе может начаться в любой момент». Он добавил, что «Турция не оставит Идлиб режиму Асада и его сторонникам", и теперь «у режима остались считанные дни на то, чтобы прекратить свою агрессию в Идлибе и отступить к территориям, определенным в сочинском соглашении. Это - наше последнее предупреждение». И еще дал понять, что заручился поддержкой США. Эрдоган не блефует — США действительно объявили о поддержке своего союзника — Турции — в Сирии, возложив ответственность за обострение ситуации на Россию и режим Асада. В Москве в явной растерянности. Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков назвал операцию турецких войск «худшим сценарием». Глава МИД Сергей Лавров уже заговорил о том, что Сирия, дескать, проводит силовую операцию на своей территории, на что имеет полное право. Но, во-первых, за Сергеем Викторовичем не замечалось такого уважения к границам и суверенитету, когда речь шла об Азербайджане, Грузии или Украине. А во-вторых, в данном случае надо бы держать в голове не только границы, но и сочинские соглашения, подписанные, кстати говоря, и Россией. Но вот что примечательно. Если в Турции прямо обещают масштабную военную операцию, а бронетехника движется к Идлибу едва ли не в прямом эфире, то Москва воздерживается от конкретики, какие именно шаги последуют за ее столь грозными заявлениями. И честно говоря, за этой паузой проглядывает растерянность. События в Сирии явно пошли не по тому сценарию, который рисовала для себя Москва, и теперь в первопрестольной заново анализируют ситуацию и ищут варианты. В самом деле, вначале все вроде бы шло как надо. Башар Асад при поддержке РФ продолжал «зачистку» Идлиба, Турция призывала остановиться, перебрасывала, правда, на север Сирии войска и бронетехнику, но сирийские части постепенно продвигались вперед, так что в Москве не сомневались: Турция «сдалась», разве что не признает этого публично. Но теперь Эрдоган дает понять, что настоящая «силовая разборка» с Турцией еще и не начиналась.  И если Асад не отступит, то Анкара обрушит на него всю свою военную мощь. Для Москвы это тяжелый стратегический просчет. Сирия — это как раз тот конфликт, где значение имеет не общая военная мощь, не наличие (или отсутствие) ядерного оружия или авианесущих крейсеров, а именно готовность бросить на поле боя серьезные ресурсы. А в Кремле, как показывает практика, банально недооценили решимость Анкары защищать свои интересы на сирийском поле. Вряд ли это было так уж неожиданно. Для Турции Сирия — это «задний двор». А спектр угроз вовсе не ограничивается риском, что в страну в дополнение к трем с половиной миллионам сирийцев хлынут новые беженцы. Официальный Дамаск открыто поддерживает террористов РКК. Более того, в те же дни в эфире «Вестей», где «несогласованного» мнения не появляется в принципе, замелькал Виктор Надеин-Раевский, старший научный сотрудник ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН, директор Института политических и социальных исследований Черноморско-Каспийского региона, который принялся рассуждать, будто бы «турки решили воспользоваться слабостью Сирии, чтобы отхватить еще один кусок турецкой территории». По версии идейного наследника Примакова, «первый кусок они отхватили в тридцать девятом году, создав так называемое Государство Хатай, в которое нагнали 65 тысяч турок, и на референдуме они проголосовали за присоединение к Турции. Теперь это не Александретта, а Искендерун, ну, знаем военную базу «Инджирлик»» и т.п. Можно, конечно, напомнить эксперту, что база «Инджирлик» находится не в Искендеруне, а в Адане, которая никогда не входила в состав вилайета Хатай. И что в 1939 году такого государства, как Сирия, еще не существовало, а была французская колония, созданная по соглашению Сайкса-Пико на территориях, ранее входивших в Османскую Империю. Но сегодня режим Башара Асада предъявляет на Хатай территориальные претензии, именно в небе над Хатаем турецкие ВВС сбивают российский бомбардировщик, и после словоизлияний Надеина-Раевского уже не получится не спросить: это частное мнение или «месседж»? Россия готова поддержать сирийские претензии на турецкую территорию? Эти претензии охватывают только Хатай или заодно в Кремле решили «прихватизировать» еще и Адану, где расположена и база «Инджирлик», и Джейханский терминал? На Адану, кстати, уже давно существуют армянские претензии, и не было ли спешное и карикатурное признание режимом Башара Асада «геноцида армян» частью этой «мышиной возни»? И это не те вопросы, от которых можно просто отмахнуться. Тем более этого не станут делать в военных штабах. Другой вопрос, готовы ли в России выдержать ту стратегию, на которую «замахнулись». Продолжать оказывать Асаду поддержку в прежнем объеме — слишком рискованно. Теперь это грозит полномасштабным столкновением с Турцией, в которое к тому же могут втянуться и ее союзники по НАТО. В переводе — политические осложнения, все новые и новые ресурсы, которые придется «бросать в топку», наконец, «груз 200» и вопросы, «что мы вообще забыли в этой Сирии» и «за что там умирают наши ребята». Можно, конечно, попытаться открыть «дипломатический торг» и попытаться вновь договориться с Анкарой. Но, во-первых, теперь Москве придется вести переговоры не с лучших позиций. А во-вторых, найти подходящий предмет для торга, точнее, поле для уступок. А это может оказаться не только Ливия, но и Южный Кавказ. Особенно на фоне признания Асадом «геноцида армян» и намеков России на Адану. И самое главное, очевидно, что время, когда Москва могла выйти из сирийской ловушки без потерь для себя, уже безнадежно упущено. Нурани, политический обозреватель 

Бои на Донбассе и уроки для Азербайджана 

Международные гарантии безопасности не прошли проверку реальностью С востока Украины вновь приходят драматичные новости. Еще днем 18 февраля Украина сообщила о том, что «вооруженные формирования Российской Федерации атаковали позиции подразделений Объединенных сил», причем «оккупанты ведут обстрелы по нашим защитникам с запрещенного минскими соглашениями вооружения. Враг применяет минометы калибра 120 мм. Также противник ведет огонь из гранатометов различных систем и крупнокалиберных пулеметов. К сожалению, в результате вражеских обстрелов украинские защитники понесли тяжелые потери». Уже к вечеру стало известно, что украинской армии удалось отразить атаку и удержать позиции. А российские пропагандисты тут же вполне предсказуемо завопили об «украинском обстреле Донецка и Луганска». Но вот что примечательно. Российские обстрелы «накрыли» боевые порядки украинских 72-й и 93-й механизированных бригад в районе участка разведения Золотое-Орехово-Новотошковка. А это весьма чувствительный «участок». Небезызвестная «формула Штайнмайера», то есть «дорожная карта» урегулирования ситуации на Донбассе, предложенная тогдашним министром иностранных дел, сегодня — президентом Германии, предусматривала отвод украинских подразделений с этого участка. Линию фронта здесь держал батальон «Азов». И если Петр Порошенко принимать формулу Штайнмайера категорически отказывался, то нынешний президент Украины Владимир Зеленский с ней согласился и совсем недавно, в конце октября 2019 года, лично отправился в Золотое, чтобы убедить «Азов» уйти с занимаемых позиций. Затем диалог президента с добровольцами многократно цитировался в СМИ, в том числе в Minval.az — со всеми «послушай, я президент этой страны, мне 42-й год», «я ж не лох какой-то, я тебе пришел и сказал: оружие убери», «ты мне не переводи на акции» и т.д. И теперь украинская оппозиция вполне ожидаемо припоминает Зеленскому и весьма спорное согласие на «формулу Штайнмайера», и развод войск, и миротворческие инициативы на донбасском направлении. Но намеренно оставим в стороне гадания на украинском внутриполитическом поле. С этим пусть разбираются граждане самой Украины. Важно другое: нынешние события на востоке Украины имеют далеко не умозрительный интерес для Азербайджана. В информационном пространстве нашей страны вряд ли есть необходимость подробно объяснять, что и Карабах, и Донбасс по сути своей — это одни и те же «политтехнологии» внешней агрессии, слабо замаскированной под местный вооруженный сепаратизм. Который к тому же поощряется, поддерживается и вооружается одной и той же «державой». При всей схематичности такой параллели, нынешняя атака на Донбассе имеет много общего с апрельскими боями 2016 года. Тогда, напомним, возросло дипломатическое давление на Иреван, и, по всей видимости, в «форпосте» вместе со своими хозяевами решили, что лучший способ сделать Азербайджан «сговорчивым» — это совершить новые территориальные захваты, заодно ударив по интересам Турции. Но оказалось, что расклад сил уже не тот, каким он был в начале девяностых. А за день до нынешнего обострения на Донбассе Россия отказалась от встречи в «нормандском формате» и созвала Совет безопасности ООН. На таком фоне все напоминало не очень замаскированную попытку «ответить на е2-е4 прямым справа», то есть пустить в ход силу на фоне не лучшего для себя расклада в дипломатии. Только вот, вопреки расчетам, украинские боевые порядки устояли. Да еще России на Совбезе ООН пришлось ой как несладко. И вот на этом фоне понятно и другое. Бои в окрестностях Золотого не только в очередной раз продемонстрировали вероломство России от имени действующих под ее покровительством признанных и непризнанных сателлитов и форпостов, вне зависимости от того, носят ли их лидеры фамилию «Асад», «Пасечник», «Пашинян», «Саакян» или «Бибилов». Они еще и показали, как мало значат для той же Москвы обязательства по разводу войск, взятые на себя согласно той самой «формуле Штайнмайера». А это уже не просто традиционное вероломство кремлевских сателлитов. Это еще и тяжелейший удар по престижу евродипломатии, которая настоятельно рекомендовала Украине согласиться с этой самой формулой Штайнмайера, а теперь не знает, как реагировать, когда эту самую формулу Москва «пинает в хвост и в гриву». И жестокое предостережение: полученные от европосредников гарантии вряд ли стоит возводить в абсолют. И между соглашениями, освященными именем европейских политических тяжеловесов, в самой Европе и в Украине разница примерно такая же, как между отделкой квартиры в европейском городе и «евроремонтом» в хрущевской пятиэтажке где-нибудь в Горловке. Конечно, механический перенос планов урегулирования, «дорожных карт» и т.д. с «украинского» поля на «азербайджанское» вряд ли возможен. Но и в Карабахе, скорее всего, на каком-то этапе могут быть достигнуты соглашения, предусматривающие развод войск. И тут тоже вполне может появиться новый «штайнмайер», который предложит «отодвинуться» не только агрессорам и оккупантам, но и законной армии той страны, на территории которой идет война. И вот в этом случае нам как минимум не стоит забывать об уроках боев в местечке с названием Золотое. А еще помнить, как охотно армянские агрессоры заключали соглашения о прекращении огня в начале девяностых и как легко их нарушали, используя для прорыва как раз «точки» оговоренного отвода войск, «совместных постов» и т.д. И понятно, что в этом случае не стоит верить на слово не только агрессорам, но и посредникам. И четко оговаривать именно военные и силовые гарантии. Если, конечно, дело дойдет до полноценного дипломатического урегулирования и конфликт не будет решен военным путем. Нурани, политический обозреватель 

Путин угрожает ответить Эрдогану в Карабахе?

Выражение «управление огнем» хорошо знакомо профессиональным военным. Так называют автоматизированные системы, обеспечивающие в боевой обстановке обнаружение целей, их опознавание, подготовку вооружений и поражение. Иное дело — «управление огнем» в политике. Точнее, «закулисное дирижирование» конфликтами на чужой территории. Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган открыто обвинил Россию в управлении конфликтом в Ливии посредством ЧВК «Вагнер», назвав имена министра обороны России Сергея Шойгу и начальника Генштаба Валерия Герасимова. Как отметил президент Турции, «это высшие военные чиновники. Они по-прежнему говорят, что не имеют к нему [«Вагнеру»] никакого отношения. В настоящее время Россия руководит войной на высшем уровне». И даже показал журналистам фотографию, где «кремлевский повар» Пригожин, глава ЧВК «Вагнер», заснят вместе с Шойгу и Герасимовым. В Москве, разумеется, все поторопились опровергнуть — в стиле «не знаем, где он это взял», и вообще такой-сякой Эрдоган накануне вел переговоры с Трампом, где обсуждались Сирия и Ливия. Немедленную «отмашку» получили пропагандисты, и в «Вестях недели» у Киселева уже появился полевой командир ливийской армии Хафтара, одетый, как выразился журналист, в «популярную с недавних пор на Ближнем Востоке российскую форму "Горка", один вид которой заставляет исламских террористов из Сирии распространять панические слухи о приехавших в Триполи русских». Чем, конечно, живо напомнил заявления Владимира Путина про «военную форму, которую можно купить в любом универмаге». Это заявление Эрдогана касалось Ливии, но корни его лучше искать в Сирии, куда Анкара перебрасывает танки, САУ и системы залпового огня и где Асад, решивший «зачистить» Идлиб, теперь нервничает и понимает, что расклад сил меняется не в его пользу. Словом, бои в Ливии и Сирии увязаны в один и тот же сценарий «жесткого клинча» интересов России и Турции, причем две страны находятся на волоске от непосредственного боестолкновения. Но самое примечательное, что российские эксперты уже включают в этот сценарий Карабах. Во всяком случае, российский эксперт Вячеслав Михайлов для начала признает, что апрельские бои 2016 года были продолжением российско-турецкого кризиса осени 2015 года (о чем Minval.az писал неоднократно). А затем вполне прозрачно намекает, что, дескать, и теперь, когда, по его версии, Турция «терпит поражение» в Сирии, она может поджечь «фитиль» в Нагорном Карабахе. Как уверен Михайлов, развязка может наступить уже нынешней весной, когда на оккупированных азербайджанских землях (сам эксперт предпочитает излюбленные армянскими агрессорами и их покровителями термины вроде «Нагорно-Карабахская республика») состоится балаган под названием «выборы президента», и Михайлов на полном серьезе уверяет: «Помешать «оккупационному режиму», как называют в азербайджанской столице карабахские власти, провести свою избирательную кампанию и демократической процедурой вновь утвердить реалии «на земле» в Карабахе, является заманчивой для Баку идеей». И эти его пространные рассуждения уже подхватывают и другие российские сайты в весьма характерной редакции: дескать, «эксперт предупреждает о том, что Турция, потерпев поражение на севере Сирии, может в качестве аргумента в военно-политическом торге с Россией разжечь войну в Закавказье, где Армения и Азербайджан уже длительное время сконцентрированы на откровенной подготовке к новым масштабным боевым действиям». Но вот в чем дело. Задуманный в оккупированном Карабахе выборный фарс вряд ли способен «утвердить на «земле»» какие-либо реалии, кроме распределения власти в самом оккупированном Карабахе. И уж точно не подтолкнет Азербайджан к немедленному военному вмешательству. Правда, там на фоне натянувшихся отношений Пашиняна с местной верхушкой не исключен силовой сценарий, и в таком случае Азербайджан получит серьезный повод вмешаться, но это уже другая история. Тем более странно звучат рассуждения этого и многих других экспертов о «поражении» России в Сирии. Да, асадовским силам удалось немного продвинуться до того, как в конфликт вмешалась Турция, но теперь, когда Анкара многократно нарастила близ Идлиба свой военный «кулак», ситуация меняется, причем не только для сирийского диктатора, но и для его московских защитников. Здесь, пожалуй, нужна ретроспектива. В феврале 2016 года, когда самолетный кризис уже полыхал вовсю, а апрельские бои еще не вспыхнули, у российских военных экспертов оказалось достаточно времени, чтобы проанализировать общий расклад сил. Во всяком случае, Павел Фельгенгауэр еще тогда отмечал: «Мы вошли в Сирию, не понимая, что мы входим в конфронтацию с Турцией. Очевидно, Путин был уверен, что с турками договорено и как-то мы все там поделим с Эрдоганом. Это была очень существенная ошибка, мы собирались воевать там с какими-то пастухами, на "Тойотах" пулеметы, а вовсе не с первоклассной военной державой. В этом сейчас главная проблема». Оставим в стороне гадание, договаривался ли Путин с Эрдоганом или решил, что Турция просто не посмеет пойти наперекор России. Важно другое: расклад сил оказался совсем не тем, к чему готовились и что планировали. Тот же Фельгенгауэр предупреждал: турецкий флот и авиация современнее российских, а в Сирии российские базы находятся в пределах досягаемости турецких РСЗО. Теперь, когда Турция нарастила свой военный кулак в Идлибе, обстановка еще больше сместилась не в пользу России. В результате война затягивается, она требует все больше ресурсов, пути снабжения войск растянуты и еще проходят по большей части через Босфор (а значит, Турция может их легко перерезать)…В результате Россия оказывается перед малоприятным выбором: или «сдать» Асада, или все глубже увязать в затяжной войне, требующей все больше ресурсов, и «сдать» Асада уже после того, как Сирия станет для России «вторым Афганистаном». Похожим образом развиваются события и в Ливии, где Москва тоже собиралась руками «вагнеровцев» воевать «с пастухами на «тойотах»» и где теперь эти «вагнеровцы» сталкиваются с регулярными турецкими войсками. А тогда уже рассуждения Михайлова получают другое прочтение. Судя по всему, сей эксперт не прогнозирует возможные попытки турецкого реванша, а как раз наоборот, готовит общественное мнение уже к попыткам России «взять реванш» на Южном Кавказе за все «тумаки», полученные в Сирии и Ливии, действуя при этом руками своего «форпоста». Как, кстати, это и происходило в апреле 2016 года. Но тот же апрель 2016 года продемонстрировал: Азербайджан оказался совсем не подходящим полем для такого «реванша». Поражение, причем тяжелейшее, понесла как раз Армения — любимый «форпост» Кремля. Теперь, конечно, российские эксперты могут по старой памяти превозносить боеспособность армянской армии, но вот проверять эти умопостроения «методом тыка» слишком опасно. Особенно на фоне публикации международных рейтингов. И да, тогда в дело не вмешалась всей своей мощью Турция. А в этом случае, как еще четыре года назад предупреждал Фельгенгауэр, «конечно, Турция в Крыму не высадится и в Сочи тоже, но если захочет, может занять Армению». Так что «форпосту» лучше крепко подумать, чем соглашаться на соучастие в такого рода играх Кремля. Правда, вряд ли у «форпоста» вообще будут что-то спрашивать. А когда станет «горячо», спасать в первую очередь тоже будут Сочи, а не Гюмри. Нурани, политический обозреватель