Yaqub Zurufçu: “Azərbaycan olmasaydı, məhv olub getmişdim” – MÜSAHİBƏ

Yaqub Zurufçu: "Azərbaycan olmasaydı, məhv olub getmişdim" - MÜSAHÄ°BƏZaman o zaman idi ki, o tay deyəndə ağlımıza səviyyəli İran həkimləri, keyfiyyətli İran xəstəxanaları, ucuz İran məhsulları gəlməzdi.

Zaman o zaman idi ki, o tay deyəndə bağrımızın başından göynərti qopardı, gözlərimizdə yaşlar gilələnərdi.

Canımızın həkim yox, könlümüzün təbib axtardığı çağlardı.

O tayı xatırladan hər söz, hər xəbər, hər nəğmə əzizdi, doğmaydı… Yaqub Zurufçunun səsi də bu nisbətdə, bu miqyasdaydı.

Mən onda uşaq idim. Gündüzlərini-gecələrini meydanlarda keçirənlərin yaxşı yadındadır Yaqub Zurufçunun “Ayrılığ”ı. Bəli, onda hələ o tay “Səni deyirlər” deyildi. Onda hələ o tay “Ayrılıq”dı, ağrıydı, yanğıydı, onda hələ o taydan qəfil küləyin bu üzə atdığı quru yarpaq belə Quran vərəqi müqəddəsliyindəydi. Onda Yaqub Zurufçu səsi də intizar, həsrət doluydu. Bizim ayrılıqlarımızın, o üzlü bu üzlü iki taya bölünmüş bir xalqın ah-fəğanı, oxşamasıydı. Onda mən uşaq idim, görənlər-bilənlər belə deyirlər.

O vaxtdan bu yana çox sular axıb, o vaxtın uşaqları böyüyüb, cavanları qocalıb, qocaları… Çox şey dəyişib. Görəsən Yaqub Zurufçu da o vaxtdan bu vaxta dəyişibmi, yoxsa elə həmənkidir? Görüşdük, sözümüz-söhbətimizdə elə bunları da danışdıq, həsrət dolu o günlərə qayıtdıq, böyük umudların cövlan etdiyi o günləri xatırladıq…

***

Əməkdar Artist Yaqub Zurufçunun APA-ya müsahibəsi

– Oktyabrın 12-də konsert proqramı ilə çıxış edəcəksiniz. Deyəsən, uzun müddət Bakıda konsert vermirdiniz. Səbəb nə idi?

– Azərbaycanda konsert vermək çox çətindir. Çün hələ də əngəllər, kağızla oynama məsələləri bitməyib. Zalların bahalığı, reklam işinin təşkilinin bahalığı da məni çox məşğul eləmişdi. Bir də xaricə tez-tez gedib-gəlirəm deyə, burda uzun müddət qala bilmirəm ki, konsertə rahat şəkildə vaxt ayırım. Amma bu səfər qərara gəldim ki, Bakıda konsert verim.

– Axırıncı dəfə Bakıda nə vaxt konsert vermisiniz?

– Axırıncı dəfə on il əvvəl Filarmoniyada konsert vermişdim.

– Bürokratik əngəl dedikdə nəyi nəzərdə tutursunuz?

– Onu deyim ki, konsert salonlarının tərtibatı təxminən dünya səviyyəsindədir. Sadəcə, filan kağızı gətir, filan məktubu filan yerə apar… Fikirləşirsən ki, bunlar lazım olmayan şeylərdir. Amerikada zalı görəndən sonra müəyyən qədər depozit qoyursan, konsert gününü təyin edirsən, sonra da gedib hazırlaşırsan. Yəni yarım saata məsələ həll olur. Bizdə isə konsertin gününü danışmaq, sənədlərə qol çəkmək və sair vaxt alan şeylər var. Ancaq mən media vasitəsilə izləyib gördüm ki, mənim konsertimi səbirsizliklə gözləyənlər çoxdur. Buna görə də konsert vermək qərarına gəldik.

– Yəqin konserti bir biznes-layihə kimi düşünürsünüz, yəni gəlir götürmək fikrindəsiniz?

– Bundan əvvəl konsert verəndə zallar pulsuz idi, televiziyada reklam pulsuz idi. Biz də pulsuz edirdik, pul götürmürdük. Camaat da pulsuz gəlirdi. Amma indi zaman dəyişib. Reklamlar bahadı, salonlar bahadı, biz də məcburuq ki, konsertə girişi biletlə edək. Ancaq mən düşünmürəm ki, Azərbaycanda kimsə konsert verə və böyük gəlir götürə, heç xərcləri çıxarmaq mümkün deyil.

– Konsert bir gün olacaq?

– Bəli. Baxacağıq. Əgər yaxşı keçsə, təkrar verəcəyik.

– Yaqub bəy, əvvələ qayıdaq, lap əvvələ, İrandan niyə getdiniz? Sizə qarşı təqiblər var idi?

– Şəxsən mənə qarşı təqib yox idi, sadəcə İslam inqilabından sonra musiqi qadağan olundu, deyirdilər İslamda musiqi haramdır. Musiqi ilə məşğul olanlar həbs olunurdular. 1985-ci ilə qədər bu cür davam elədi. Ona görə düşündüm ki, orda qala bilmərəm, universiteti bitirməyimə yarım il qalmışdı, təhsilimi başa vurub, Almaniyaya yollandım. Və 40 ildir eşikdəyəm.

– Hazırda sizə İranda qadağa var?

– Əvvəllər qadağa vardı, 20 il keçəndən sonra qadağalar ləğv olundu. Mən də İTV-də işləyəndə Təbrizə getdim və “Təbriz həsrəti” adında klip çəkdim. Təbriz üçün çox darıxmışdım. 26 ildən sonra Təbrizə getdim və doğma şəhərimi tanımadım. Sizə deyim ki, əgər bura – Azərbaycan olmasaydı, mən çox tez dünyadan gedərdim. Azərbaycan xalqı və Azərbaycan dövlətçiliyi həmişə mənə dəstək olub. Azərbaycan olmasaydı, məhv olub getmişdim. Tale üzümə güldü, oturduğum yerdə Gülağa Məmmədov mənim mahnımı eşitdi, Bakıya dəvət etdi.

– Necə oldu Bakıya gəlib burda konsert verdiniz, Azadlıq meydanında insanların qarşısına çıxdınız?

– Mən onda Almaniyada yaşayırdım. Huşəng adlı cənublu bir dostumuz zəng elədi ki, Gülağa Məmmədov burdadır, sənin “Ayrılıq” mahnının klipinə baxıb, çox bəyənib. Telefonda Gülağa müəllimlə danışdım, dedi sən bu “Ayrılığ”ı necə dəhşətli oxumusan! Özü də çox zildən oxumusan. Bəyəndi. Həmin gün gecəylə Gülağa müəllimin olduğu şəhərə onunla görüşə getdim. Səhərə qədər oturub söhbət elədik. Sonra da Gülağa müəllim mənim klipimi götürüb gəldi bura, televiziyaya verdi. Onda siz kiçik olardınız. Televiziyada gündə bu klip səslənirdi. Camaat bunu sevdi və Azadlıq hərəkatının başlanğıcında mənim mahnım simvola çevrildi. Mən Azərbaycana gələndə Moskvadan uçdum bura, təyyarədə bir nəfər mənə yaxınlaşdı ki, siz Yaqub Zurufçusuz? Dedim, bəli. Bu getdi, Moskvadan Bakıya uçan azərbaycanlılara nə dedi, nə demədisə, bir də gördüm bütün azərbaycanlılar axışdı başıma, az qalırdım oturduğum yerdə sıxılıb öləm. Üstümə elə töküldülər ki, pilot dedi xahiş edirəm keçin oturun yerinizdə. Təyyarədən düşəndə də gördüm bütün xanəndələr – Arif Babayev, Şövkət Ələkbərova və başqaları, hamısı məni qarşılamağa gəliblər. Necə kövrəldim!

– Sizi Vətən Cəmiyyəti dəvət etmişdi?

– Bəli, Vətən Cəmiyyətinin rəhbəri Elçin Əfəndiyevin və Gülağa müəllimin dəvəti ilə gəlmişdim. O dövrdə Almaniyadan bura gəlmək çətin idi, hər adam Sovetlərdən viza ala bilmirdi.

– Sonra sizi Azadlıq meydanına dəvət etdilər.

– Yox, əvvəlcə Respublika sarayında 15 gecə konsert verdim. Növbənin bir ucu sarayın qabağında idi, o biri ucu “OVİR” (Baş pasport, qeydiyyat və miqrasiya idarəsi-red.) idarəsinin qabağında. Konsert olmayan günlərdə də meydana gəlir, mitinqçilərə qoşulub çıxış edirdim.

– Heç olmaya o konsertdən gəlir götürmüşdünüz?

– Hardasa 70 min manat pul yığıldı. Mən o pulun hamısını Xalq Cəbhəsinə verdim. Elçibəy də mənə fars dilində təşəkkür məktubu yazdı. Məktubu elə yazıb ki, bir dənə də səhv yoxdur.

– Nə yazmışdı?

– Yazmışdı ki, Yaqub Zurufçu Azərbaycana gəldi, Azadlıq meydanında yüksək səviyyədə konsert verdi, ordan yığılan pulları Özbəkistandan və Ermənistandan qaçqın düşmüş azərbaycanlılara bağışladı. Biz ona təşəkkür edirik.

– O vaxt xarici vətəndaş kimi KQB sizə problem yaratmadı?

– Mən elan vermişdim ki, oktyabrın 29-da Azadlıq Meydanında konsert verəcəm. Həmin gün KQB-dən gəldilər ki, sənin konsert verməyə haqqın yoxdur. Soruşdum niyə? Dedilər SSRİ-də insanların bir yerə toplanması qadağandır. Mən onda “Azərbaycan” mehmanxanasında qalırdım, pəncərədən meydana yığılanları göstərib dedim: “Mən bunlara söz vermişəm. Nəyin bahasına olursa-olsun, meydana çıxıb konsert verəcəm. Siz qadağan etsəniz də çıxacam”. Həmin KQB əməkdaşları mənə dedilər ki, onda konsertdə biz səni qoruya bilməyəcəyik. Öz dilindən məktub yaz ki, məsuliyyəti üzərinə götürürsən. Onlar deyirdilər ki, mənə meydanda atəş aça bilərlər. Onlardan sonra Elçibəy otelə gəldi, dedi ki, biz özümüz səhnənin arxasında sənin yanında olacağıq, narahat olma. Elə şəklimiz də var: mən Azadlıq Meydanında oxuyuram, bütün siyasətçilər də arxamda dayanıblar; Səməd Vurğunun oğlu Yusif bəy, Anar, Elçibəy, Bəxtiyar Vahabzadə, Xəlil Rza – hamısı mənim arxamda səf tutmuşdu.

– Yaqub bəy, o meydana çıxanların bir siyasi etirazı vardı. Bəs siz nə istəyirdiniz?

– Onların istəkləri ilə mənim istəklərim bir idi. Onlar istəyirdilər ki, Azərbaycan müstəqil olsun, mən də istəyirdim. Onlar istəyirdilər ki, o tay, bu tay birləşsin. Mən də onu istəyirdim. Yüz ildən çoxdur orda insanlar əsarət altındadırlar.

– İndi, üstündən 30 il keçəndən sonra o tayla bağlı arzularınız nədir?

– (Susur. Gözləri yaşarır). Bütün hüquqlar təmin olunandan sonra… (Yenə pauza). Onda da gələndə mən tez-tez belə kövrəlirdim… (Gözlərinin yaşını silir, danışmaq istəyir, qəhər boğazını tutur, susur, nəhayət kövrək səslə): Bizimki çox uzun məsələdir… Allaha şükür ki, Azərbaycan müstəqil olub. Bu təbii ki, o tərəfə də nüfuz edəcək. Mən əminəm. İran Ermənistana həm iqtisadi, həm də siyasi köməklik edir. Bizim indi Təbrizdə heç nəyə imkanımız yoxdur. Təbrizdə bizim televiziyalarda farsca danışırlar. Ona görə mən kövrəlirəm. Şah dövründə də belə olub, indi də belədir.

– Xaricdə əsasən kimlərə konsert verirsiniz: İrandan gedəndən azərbaycanlılara, farslara, yoxsa ingilislərə, amerikanlara?

– Amerikada 6 milyon iranlı var, onların ən azı 4 milyonu azərbaycanlıdır. Hər şəhərə yayılıblar. Onlarla birlikdə türkiyəlilər də çoxdur. Məni Türkiyədə də gözəl tanıyırlar. Orda olan iranlılar da çoxu amerikalılarla evləniblər, konsertlərə də yoldaşları ilə gəlirlər.

– Deməyim odur ki, konsertlərinizə farslar da gəlirlər?

– Bəli, gəlirlər. Mən hərdən farsca da oxuyuram. Farsca elə oxuyuram ki, farslar özləri təəccüb içində qalırlar.

– Sizi xaricdə necə tanıyırlar: İran, Azərbaycan, yoxsa fars müğənnisi kimi?

– Azərbaycan müğənnisi kimi tanıyırlar. Mən artıq Azərbaycanın vətəndaşıyam, cənab prezident mənə vətəndaşlıq verib. Bundan sonra Amerika vətəndaşlığını itirməkdən qorxmadım, istəsələr, Amerika vətəndaşlığından çıxaram. Mən Almaniyanın, Kanadanın da vətəndaşı olmuşam. Onların heç birinin önəmi yoxdur, Azərbaycan vətəndaşlığı mənim üçün hamısından üstündür. Burda mən rahat yaşayıram, siyasi fikirlərim var, onları səsləndirirəm. Siyasətimdən heç zaman dönməyəcəm – birlik siyasətimdən. Niyə dönməliyəm?! Bizi əzib dağıdıblar, mənim kövrəlməyimin səbəbi də budur.

– Başqa müğənnilər “Greencard” alırlar ki, ABŞ-a köçüb orda yaşasınlar, sizdə tərsinədir. Məsələn, müğənni Elariz “Greencard” aldı, indi Amerikadadır.

– Mənə lazım deyil. Amerika vətəndaşlığı mənə hərdən xaricdə işlərimi görmək üçün lazım idi, onu da Azərbaycan pasportu ilə getsəm də, Amerika viza verəcək.

– Bir zamanlar çox məşhur idiniz, Sizin mahnılar demək o tay demək idi, vətən həsrəti demək idi, Təbriz demək idi. Deyəsən, artıq o həvəs, o şövq qalmayıb, sizcə səbəb nədir?

– Bəli, gediş-gəliş düzəlib deyə o nisgil də azalıb.

– Bu, Sizin də populyarlığınıza təsir edib?

– Yox. Camaat görür ki, mən bu məsələlərdə çox fəalam, xoşları gəlir. Çün mən əvvəldən o tay, bu tay xanəndəsi kimi tanınmışam, ona da eşqim var. Bu tayda müstəqillik əldə etdik. O vaxt necə “Ayrılığ”ı oxumuşdum, indi də əlimdən gələn mahnıları oxuyuram. Məsələn, “Təbriz həsrəti” mahnım o taya bağlıdır. Siz bilirsiz ki, İranda Azərbaycan dilində təhsil yoxdur. Orda o qədər adam var, mənim özümün gül kimi dilim var, amma onu nə yaza, nə də oxuya bilirəm. Niyə axı? Niyə belə olmalıdır?

– Bəs necə oldu ki, bir zamanlar “Ayrılıq” deyib ağlayan xalq indi “Səni deyirlər” deyib oynayır, sizcə, bu yaxşıdır, yoxsa pis?

– Bir şey deyəcəm, yəqin hörmətli millət vəkilimiz Aqil Abbas məndən inciməz. O deyir ki, sən “Ayrılığ”ı oxuyanda adamın vətənpərvərlik hissləri oyanır, Ququş oxuyanda isə seksual hissləri baş qaldırır(gülüşmə). Düz deyir. Bilirsiniz niyə belə idi? Mənim atam uzun müddət burda yaşamışdı.

– Niyə bura gəlmişdi?

– Müharibədən sonra orda iş yox idi, o da Bakıya işləməyə gəlmişdi. Təbrizə qayıdandan sonra səhərlər radioda Bakını tutub mahnılara qulaq asır, dinlədikcə kövrəlirdi. Dalğalar da çox pis tuturdu, deyirdim niyə kövrəlirsən, deyirdi Bakı mənə çox xoş keçdi. Kaş gəlməyəydim. Mən də orda səslənən Azərbaycan mahnılarının sözlərini yazıb götürür, sonra oxuyurdum. Atam bir gün dedi ki, sən də yaxşı oxuyursan, beləcə musiqi ilə məşğul olmağa başladım. Yəni mənim musiqi həvəsim də bu tayla, Bakı ilə bağlıdır. Nəcə ki, atam Bakı radiosuna qulaq asıb ağlayırdı, mən də o mahnıları bu cür göz yaşı, yanğı ilə oxuyurdum.

– “Səni deyirlər”dən sual vermişdim, o mahnını bəyənirsiniz?

– “Səni deyirlər” heç mahnı deyil. Bilirsiniz, bunu qəsdən edirlər. Orda yaxşı muğam oxuyanlar, yaxşı səsi olanlar var, onların heç birini tanımazsan. Amma o oğlanı göndəriblər, nədir onun adı – İbrahim Əlizadə – gəlib burda oxuyur. O ara müğənnisidir, buranın da ara müğənnilərindən betərdir. Onu bura qəsdən göndəriblər ki, bizim musiqini gözdən salsın. Camaat da desin ki, Təbrizin musiqisi budur. Təbrizdə bizim simfonik orkestrimiz var. O orkestri görsən, əlin üzündə qalar. Nə qədər ara musiqiçiləri var, İranda məşhurdur. Bunların hamısı siyasi məsələlərdir. Amma yaxşı oxuyanları imkan verməzlər tanınsın. “Səni deyirlər” nə mahnıdır axı, orda nə söz var?

– Oxumazsınız?

– Mahnı deyil ki, oxuyum. Bax gör ordan bir dənə yaxşı mahnı qoyurlar gələ bura? Siz elə bilirsiniz Təbrizdə hamı “Traxtor”u sevir? Çox təəssüf ki, Təbrizin, o tayın simvolu indi “Ayrılıq” yox, “Səni deyirlər” olub.

– İrandakı musiqidən şikayət elədiniz, bəs bizdə müasir musiqi necədir?

– Burda musiqi çox inkişafdadır. Xanəndələrimiz muğam səviyyəsində çox yaxşıdır. Amma toylara çox önəm verdiklərinə görə sənətlərini inkişaf etdirmirlər. Toy Azərbaycan müğənnilərini qabağa getməkdən saxlayır. Amma tarzənlərimiz, kamança ifaçılarımız keçmişdəki ifaçılara baxanda elmi, texniki baxımdan çox qabağa gediblər.

– Rəşid Behbudov, Flora Kərimova, Zəki Mürən, Ququş, siz… Siyahını uzatmaq olar. Sizcə “Ayrılığ”ı ən yaxşı kim oxuyub?

– …Onu ən yaxşı, məndən də qabaq oxuyan Rəşid Behbudov olub.

– Ququşdan da yaxşı oxuyub?

– Ququşun oxumağını bayaq Aqil Abbasın sözü ilə dedim də (gülür). Ququş “Ayrılığ”ı bir az “xaltura”ya yaxınlaşdırıb oxuyub. O mahnını Flora Kərimova da yaxşı oxuyub. Birinci Rəşidi deyərdim, ikinci Floranı.

– Bəs özünüzü neçənci deyərdiniz?

– Öz oxumağımı qoy başqaları desinlər. Mən deyə bilmərəm. Qalanları onu süründürüblər.

– Barış Manço necə oxuyub?

– Barış Mançoya xanəndə kimi baxmırdım. Amma üçüncü ifaçı kimi də Zəki Mürəni deyərəm. “Ayrılıq” mahnısını çox ürəklə oxuyub. Zəki Mürən olduqca hissiyyatlı adam idi, ona görə də mahnıları xüsusi şövqlə oxuyurdu. Ondan başqa Türkiyədə hər kim “Ayırlığ”ı oxuyubsa, yola verib. “Ayrılığ”ı oxumaqçün, ya gərək aşiq olasan, ya da ki, vətənpərvər. Mən onu vətənpərvər kimi oxumuşam.

– Yeri gəlmişkən, Ququşla aranız necədir?

– Yaxşıdır. Amerikaya gedəndə konsertlərdə, tədbirlərdə görüşüb hal-əhval tuturuq. Sadəcə, bilirsən necədir, Ququş azərbaycançı deyil, farslaşıb, Azərbaycanca oxuya bilmək o demək deyil ki, azərbaycanlısan, nə olsun Azərbaycan dilində təmiz danışır. Təkcə o yox, əslən Miyanadan olan Daryuş İqbali adlı müğənni var, belə xas azərbaycanlıdır. Xaricdə yaşayır, Ququş kimi onunla da duet oxumuşuq, görüşəndə elə Azərbaycanca danışırıq. Amma onların düşüncələrini, yanaşmalarını qəbul edə bilmərəm.

Müsahibə

Nəşr edilib: 2019/08/23 14:36

Baxış:202


XƏBƏR LENTİ

2020/05/29 17:25

2020/05/29 17:05

2020/05/29 17:04

2019/08/23 14:36

2020/05/29 15:27

2020/05/29 15:11

2020/05/29 15:00

2020/05/29 14:41

2020/05/29 14:36

2020/05/29 14:25

2020/05/29 14:00

2020/05/29 13:49

2020/05/29 13:22

2020/05/29 13:09

2020/05/29 13:04

2020/05/29 12:48

2020/05/29 12:37

2020/05/29 12:24

2020/05/29 12:13

2020/05/29 12:00

2020/05/29 11:58

2020/05/29 11:57

2020/05/29 11:56

2020/05/29 11:54

2020/05/29 11:53

2020/05/29 11:49

2020/05/29 11:37

2020/05/28 20:57

2020/05/28 17:48

2020/05/28 17:35

2020/05/28 17:24

2020/05/28 17:07

2020/05/28 16:55

2020/05/28 16:33

2020/05/28 16:33

2020/05/28 16:12

2020/05/28 16:00

2020/05/28 15:46

2020/05/28 15:23

2020/05/28 15:14

2020/05/28 15:00

2020/05/28 14:47

2020/05/28 14:30

2020/05/28 14:12

2020/05/28 13:55

2020/05/28 13:44

2020/05/28 13:33

2020/05/28 13:21

2020/05/28 13:12

2020/05/28 13:00

Границы суверенных прав армян обозначились

По случаю дня республики премьер-министр Армении Никол Пашинян обратился с посланием к соплеменникам, в котором заявил о недопустимости утраты «государственности и гражданства, суверенитета и прав, веры и оптимизма». Но для достижения цели, заметил он, внешняя политика страны должна ставить перед собой реальные приоритеты, строящиеся на праве владения. Что сказать, цели как цели, и вроде ничем не отличаются от чаяний других народов, которые встали на цивилизованный путь развития, культивируя уважение, полезный обмен и добрососедство. Но все, к чему стремятся сограждане Никола Воваевича, не должно достигаться за счет других народов, точнее, методом экспроприации чужого наследия. Право на владение подразумевает наличие законных оснований на  содержание в собственности материальных, духовных, исторических и прочих активов, наработанных собственными усилиями, или же трудом предков. Это же право подразумевает наличие возможности на пользование материальными и нематериальными ценностями, на которые оформлена законная, а не фиктивная собственность. Как же быть с наследием, которое не имеет под собой никаких свидетельств на армянское происхождение? Например, на территории с неармянским культурно-историческим наследием? Весьма примечательно, что в обращении и премьера, и президента республики в качестве отправной исторической точки обозначено «Армянское Киликийское королевство», которое-де существовало 500 лет назад. Получается, что нынешнее армянское государство, созданное на исторически тюркских землях, является правопреемницей того самого образования, которое кануло в Лету. Если принять во внимание, что то государство находилось на территории Передней Азии и которое, якобы, имело выход к Средиземноморью,  располагая портами и заливами, то встает естественный вопрос – каким же образом утраченные владения сообщались с Кавказским ареалом? Неужели то государство обладало столь внушительными размерами, коль руководители нынешней искусственно созданной республики упоминают о нем, как о прародине?! Если обратиться к истории, то получится, что земли того царства, к которому апеллируют нынешние руководители армянской республики, утратились в результате арабизации и тюркизации, и сегодня упоминаются в качестве «армянских средневековых княжеств Малой Азии». На поверку эти государства никогда не были полноценными образованиями и состояли в вассальной зависимости от крупных держав. Они никакого отношения к территориям, которые формируют основу нынешнего армянского государства, не имеют. Так называемые династии Рубенидов, Хетумидов и Лузинянов, упоминаемые в справочниках, это такие же придумки творцов искусственной истории, которыми продолжают насыщать историографию фантазеры-составители в наше время. Сомнительный контент не имеет под собой материально доказуемой базы. Если верить армянским источникам и копнуть еще глубже, то появление армян в долине, кстати, загадочной и не имеющей названия, относится к I веку до нашей эры. Утверждается, что мифический Тигран второй присоединил эту область (надо полагать Киликию) к «Великой Армении», разместив там армян, как поселенцев, и следом потерпел поражение от Рима. Далее земли, завоеванные ранее, вместе с осевшими там армянами отошли к Римской империи. При римском владычестве армяне составляли, как утверждают армянские источники, «некоторую часть населения региона». То есть, речи о государство образующих началах нет. Многие из армянских источников свидетельствуют, что мученики того времени были выходцами из киликийской долины. Дальнейшее поселение армян в регионе объясняется принятием армянами христианства (301-ый год). Одним словом, от Рима до Передней и Малой Азии всюду были армяне, и куда на карте огромного евразийского региона ни тыкни пальцем, «попадешь» на Армению. Неплохой ход, чтобы перескочить в совершенно другой географический ареал и убедить сообщество в наличии права у армян на владение нынешними землями. Умелые и находчивые шулеры одним финтом переводят фокус внимания на Кавказ, где, оказывается, армяне также жили с незапамятных времен. Потом бац – и вот тебе история вековой давности, когда всплывает план  создания независимой и единой Армении с охватом «вековой национальной борьбы и идеологии», замешанной на клубке авантюрных хитросплетений Севрского договора (август 1920 г.), того самого, который оказался мертворожденным. Этот сомнительный документ был детищем иностранных держав, которые вознамерились раскромсать владения Османской империи, да так, чтобы от них остались одни чудовищные воспоминания. Он подразумевал также  компенсации армянам не только за мифический геноцид, но и за исторические потери. Выступивший лоббистом армян президент США Вудро Вильсон просто  разошелся в имперских настроениях и потребовал передачу им огромных территорий с выходом на черноморское побережье только ради создания «объединенного национального государства». Американца банально занесло, и с небес на грешную землю его опустила доблесть новой турецкой армии. Союзничество кемалистов и советской России преградило путь американскому волюнтаризму, который уже тогда был не прочь закрепиться в Передней Азии благодаря искусственно создаваемому государству. От великодушия Вильсона по сей день сносит голову армянским националистам, которые никак не соберутся мозгами, чтобы не лезть на рожон и перестать испытывать судьбу. Если они непрестанно жалуются, будто им приходится не жить, а выживать, то пусть разберутся в своих слабостях и традиционных синдромах. Тема геноцида, которой они достали сообщество, это не боль, а меркантильная блажь, избавиться от которой возможно только добровольным желанием. Никогда более не будет чудес, которые позволят им застолбить за собой право на владение чужим наследием. Если им дороги такие понятия, как «государственность и гражданство, суверенитет и права, вера и оптимизм», они должны помнить, что эти же ценности священны и дороги для других народов, которые в отличие от армян выстрадали свою независимость в тяжелой борьбе, а не получили ее на блюдечке благодетелей. Это дорогого стоит. Тофик Аббасов, аналитик

«Последняя соломинка» от Арама Гамбаряна

Арам Гамбарян, руководитель Армянского национального комитета Америки, вновь напомнил о себе. Правда, на сей раз господин Гамбарян не убеждает членов армянской общины США, будто бы с американской помощью Нагорному Карабаху еще не все потеряно. На страницах газеты The Washington Times под рубрикой «анализ и мнения» сей господин тиснул некий текст, где старательно пытался реанимировать «мирную инициативу Ройса-Энгеля», которая предусматривает размещение на линии соприкосновения «локаторов огня», то есть механизмов наблюдения за режимом прекращения огня, и международных наблюдателей. Дескать, армянская сторона эту инициативу приняла, а вот Азербайджан — «один только Азербайджан» — блокирует, а это, по версии Гамбаряна, и «вершина безответственности», и «повышение риска региональной войны в период глобальной пандемии», и вообще, «только сторона, которая инициирует атаку, может быть против использования технологии, которая позволит выявить нарушителя прекращения огня». Словом, осталось только заявить, что это Азербайджан придумал коронавирус или, на худой конец, объявить агентом азербайджанских спецслужб главу Минздрава Армении. Но что в сухом остатке? И главное, что «за кадром»? Идею разместить на линии соприкосновения войск некие «механизмы», которые бы фиксировали нарушения прекращения огня, высказали власти Армении в лице Сержа Саргсяна еще по горячим следам апрельских боев 2016 года. Азербайджан уже тогда выступил категорически против. В Баку предупредили, что размещение таких механизмов наблюдения под «международной» эгидой, к примеру, ОБСЕ, «заморозит» линию фронта, что неприемлемо. Первым шагом к урегулированию конфликта должен стать вывод войск Армении из захваченных азербайджанских районов и выполнение четырех «карабахских» резолюций СБ ООН, а не разного рода косметические меры. Словом, идея «лопнула». В Армении не отступились и попытались вбросить ту же инициативу еще раз, уже от имени двух американских конгрессменов, представляющих разные партии, но одинаково тесно связанных с армянским лобби — Ройса и Энгеля. Но придать ей статус полновесной работающей инициативы тоже не смогли, что было вполне предсказуемо. Это, впрочем, не помешало армянским пропагандистам путем откровенного вранья и жульничества пытаться представить дело так, будто бы эта «инициатива» существует и работает. Так, была предпринята смехотворная попытка купить на открытом рынке «коммерческую» систему видеонаблюдения, предназначенную для частных объектов, загородных домов, ранчо или чего-то подобного, и выдать это за «размещение механизмов видеонаблюдения». Затем в посвященном Карабаху заявлении и.о. заместителя Главы Миссии США при ОБСЕ Грегори Макриса армянские пропагандисты заменили «создание механизмов расследования» на «размещение механизмов расследования» (и были уверены, что их никто не поймает за руку и за язык). И вот теперь газета The Washington Times по инициативе армянского лобби не только нечаянно разбила в пух и прах титанические усилия армянской же пропаганды и признала, что «инициативу Ройса-Энгеля» Азербайджан благополучно «похоронил». Важно другое. Эта инициатива для армянской стороны играет роль этакой «дипломатической соломинки». В самом деле, ни в ранние девяностые, когда Армения, точнее, воюющие от ее имени российские регулярные части расширяли зону оккупации в Азербайджане, ни позже, когда Серж Саргсян, которому эти ранние девяностые еще кружили голову, с трибуны Совета Европы грозил Азербайджану новыми территориальными захватами, ни о каких механизмах «фиксации нарушений режима прекращения огня» в Иреване не заговаривали. Но после апреля 2016 года стало понятно, что расстановка сил в регионе изменилась, линия фронта может меняться не только в пользу Армении, а у конфликта появилось реальное военное решение. И вот тут Иреван и начал предпринимать разного рода хитрые маневры вроде «гарантий безопасности», «размещения механизмов расследования» и т.д., которые должны были бы надежно застраховать оккупантов от того, что их вышибут с чужих захваченных земель военным путем. И если  Арам Гамбарян принялся за «реанимацию соломинки» — это еще дин показатель нарастающего в Армении «перепуга». Судя по всему, несмотря на всю реакцию азербайджанского сектора социальных сетей на устроенное в оккупированной Шуше низкопробное шоу с Араиком Арутюняном в главной роли, армянские захватчики на чужих землях чувствуют себя весьма неуютно. Перепуганное заявление минобороны Армении было только началом. Теперь публику стращает бывший командующий Вооруженными силами РА и начальник Генерального штаба (1992-1995) Армении, генерал-лейтенант в отставке Норат Тер-Григорянц: у Азербайджана наверняка есть план мгновенного перехода от учений прямо к боевой операции. Депутат парламента Армении от пашиняновской фракции «Мой шаг» Татевик Айрапетян старательно ищет доказательства, будто бы Азербайджан «готовит провокации». Спешно изобретен (и уже опровергнут официальным Баку) фейк о некой «разведгруппе», которая будто бы пыталась перейти линию фронта. Но за всем этим сквозит страх. Очевидный, липкий страх в масштабах целой страны, где все больше тех, кто понимает: Армения сделала все, чтобы приблизить военное решение со стороны Азербайджана, и устроенная в оккупированной Шуше провокация вполне может сыграть роль… нет, не «последней капли», переполнившей чашу терпения, в Баку не станут руководствоваться эмоциями, просто вызывающий и безответственный шаг Иревана разрушил остатки надежд на дипломатическое урегулирование и взаимные компромиссы. И то, что в Баку не стали действовать «сгоряча», только множит иреванский перепуг: значит, действуют по плану, хладнокровно, четко, и ударят, когда Армения не будет этого ждать и тем более не успеет привлечь внимание своих «клакеров-плакальщиков». В Иреване явно ждали чего-то именно 21 мая, но теперь, когда учения завершились, а удара не последовало, страх только усилился. Фактор внезапности никто не отменял. Неудивительно, что в Армении в поисках «гарантий безопасности» хватаются за все, что плавает, включая многократно лопнувшую инициативу Ройса-Энгеля в исполнении Арама Гамбаряна. И старательно гонят от себя мысль, что подобные «дипломатические соломинки» не имеют даже теоретического шанса «сработать», когда на линии фронта станет по-настоящему «горячо». Нурани, политический обозреватель

Центральная Азия накануне геополитического шторма: какие выводы должен сделать Баку?

Между Москвой и Ташкентом — громкий дипломатический скандал с далеко идущими последствиями. На первый взгляд, речь идет о «языковом конфликте». Москве не понравился вынесенный на общественное обсуждение проект закона, который предусматривает штрафы для чиновников за делопроизводство не на государственном языке, который по конституции Узбекистана один — узбекский. "Мы обратили внимание на вызванную вышеуказанным законопроектом полемику в СМИ. Складывается впечатление, что пока его сторонники в явном меньшинстве. Большинство комментариев свидетельствует о сохранении русского языка в официальном обиходе в полном объеме, - заявила на брифинге официальный представитель МИД РФ Мария Захарова. - [Это] в полной мере соответствует духу истории, современному качеству двусторонних отношений, а главное, интересам самих граждан Узбекистана, которые зачастую делают выбор в пользу учебы и работы в России». После чего принялась рассказывать о «совместной работе» над созданием полноценной программы обучения русскому языку в Узбекистане. В Ташкенте ответили тут же. Со всей возможной в таком случае вежливостью и сдержанностью. В МИДе Узбекистана заявили, что никаких оснований для озабоченности относительно положения других национальностей, проживающих в стране, нет. Вопросы, связанные с регулированием сферы государственного языка, являются «исключительной прерогативой внутренней политики» Узбекистана, а любые вмешательства извне в этом отношении недопустимы. И при этом прямо указали, что комментарий является ответом на "заявления некоторых официальных лиц зарубежных государств». Конечно, каждая страна стремится и имеет право «продвигать» за рубежом свой язык и культуру, сегодня благодаря усилиям Фонда Гейдара Алиева Национальный институт восточных языков и цивилизаций в Париже начал выпускать дипломированных филологов азербайджанского языка, а в Оксфордском университете при партнерстве с действующим в Баку филиалом МГУ был создан Центр имени Низами Гянджеви, и можно только приветствовать, когда Россия организует стажировки для преподавателей русской филологии или дарит библиотекам романы Достоевского, но вот если официальный представитель МИДа менторским тоном указывает независимому государству, на каком языке ему вести делопроизводство — это уже совсем другое. Особенно если все делается в стиле «вы будете говорить и писать на том языке, на каком мы вам скажем, а лучшая перспектива для вас — это работа дворником или разнорабочим в Москве». Но дело не только в национальных особенностях дипломатии. Госпоже Захаровой, подберем самый мягкий эпитет, профессиональная вежливость изменила на показательном фоне. Судя по многим признакам, в Узбекистане, как и во всей Центральной Азии, разворачивается нешуточный геополитический «шторм», и ключевая роль в этом процессе принадлежит Азербайджану. В самом деле, еще во время распада СССР западные аналитики называли Центральную Азию «шкатулкой с драгоценностями, запертой в центре контитента». Но теперь ситуация меняется коренным образом, причем «воротами во внешний мир», точнее, в его западный «сектор», для государств региона становится именно Азербайджан. Наша страна — наглядный пример построения независимой государственности без участия в российских интеграционных проектах и, что еще более важно, без политической поддержки Запада, которой сразу же заручились, к примеру, страны Балтии. Во многом благодаря деятельности официального Баку и регионального партнерства Азербайджана и Турции влиятельным и действенным политическим инструментом становится Тюркский совет — это красноречиво продемонстрировал его недавний саммит, проведенный по инициативе президента Азербайджана Ильхама Алиева в формате видеоконференции. В его работе сегодня принимают участие и тюркоязычные государства Центральной Азии, и сам Азербайджан, и Турция, а теперь еще и Венгрия, то есть по крайней мере два его участника — члены НАТО. Наконец, огромную роль играют осуществленные в нашей стране инфраструктурные проекты, которые уже назвали «инфраструктурной революцией» — и новый торговый порт на Каспии, и паромная переправа, и железная дорога Баку-Тбилиси-Карс. В результате у Центральной Азии появилась и политическая, и логистическая альтернатива российской «системе одного окна». И если учесть, что на фоне санкций, падения цен на нефть и прочих неприятностей влияние России по понятным причинам «съеживается», то можно представить себе, с каким нервозным вниманием российские же политики и дипломаты реагируют на политические «подвижки» в Центральной Азии, где явно делают выводы из азербайджанского опыта и азербайджанских проектов. И это еще не все. Узбекистан, напомним, ранее входил в ОДКБ, в 2012 году из этого блока вышел, но недавно вновь обозначил интерес и получил статус наблюдателя при ПА ОДКБ. Теперь, по данным из официальных источников, в Ташкенте работают над получением статуса наблюдателя и при ЕАЭС. Казалось бы, не та ситуация, когда у Москвы есть резон устраивать Ташкенту «выкручивание рук». Но события развиваются с точностью до наоборот — Россия открыто давит на Узбекистан при помощи «языковой» риторики, не проявляя даже малейших признаков уважения к государственному суверенитету. И как далеко в этой «рихтовке» РФ намерена зайти вообще и рассчитывают ли в России сделать так, чтобы первым языком делопроизводства в Узбекистане был бы русский, а узбекский использовался «по необходимости» — вопрос, который стоило бы озвучить. Как и поинтересоваться, как ответит Россия: срочно отыщет коронавирус в узбекском хлопке, устроит «проверку паспортного режима» среди гастарбайтеров или сразу десантирует в Ташкент «зеленых человечков». Но не последний по важности вывод из урока русской словесности в исполнении Захаровой состоит в другом. Проявленный Узбекистаном интерес к российским интеграционным объединениям «запустил» развитие событий по принципу «коготок увяз — всей птичке пропасть». Шаг Ташкента к получению статуса наблюдателя в ПА ОДКБ и ЕАЭС Россия восприняла как повод не к ответным жестам, а исключительно к усилению давления на страну, «глубинное» отношение к государственному статусу которой госпожа Захарова выразила с предельной откровенностью. И вот из этого сделать выводы надо уже нам. Особенно на фоне очередных попыток «вбросить» тему сближения с ЕАЭС или ОДКБ. Нурани, политический обозреватель